Если бы люди виляли хвостами, в мире стало бы проще жить.
Особенно нам самим.
Только представьте: встречаешь человека, которого искренне рад видеть, и хвост тут же взметается вверх. Да так, что трудно устоять на ногах. И ты понимаешь, что, правда, рад этому человеку. Искренне. Ведь хвост не обманешь.
Или начал дело, к которому долго не мог подступиться. Оп! А игривый хвост уже показывает тебе интересное направление, подсказывает, как поступить, напоминает о том, что, действительно, нравится и дарит радость.
Как часто мы делаем вещи, которые на самом деле не хотим делать? Корпим над задачами, которые нам безразличны? Порой мы старательно убеждаем себя в том, что это необходимо, а, значит, не может быть неинтересно. “Это просто лень и прокрастинация”, — ругаем мы себя.
А вот хвост не обманешь и логическими доводами не убедишь. Вот, посмотрите, лежит пластом. Значит, это совсем не ваш интерес, не ваша задача и не ваше дело.
Представьте, что вы оказались в пустыне с завязанными глазами. Ваша задача найти какой-то предмет.
Сначала вы полны энтузиазма, и ваши руки выставлены далеко вперёд. Вы уверены в себе, вы уже предвкушаете, что с минуты на минуты схватите что-то интересное.
Вы решительно двигаетесь вперед, шаря руками перед собой в воздухе. Медленно переставляете ноги и крутите головой из стороны в стороны несмотря на то, что глаза ваши завязаны.
Спустя какое-то время безрезультатных поисков вас одолевает сомнение. Возникает чувство бессилия. Руки в воздухе никак не могут найти опору. Вы устали и мечтаете найти уже хоть что-нибудь! Что угодно! Хоть дохлую ящерицу!
Но повязку с глаз никто не снимает, и вами овладевает апатия. Вы теряете интерес к происходящему, чувствуете себя беспомощными. В голове устало копошится одна-единственная мысль: как бы не упасть с песчаной горы и не сломать себе шею.
Все мы сталкивались с похожими чувствами. Они возникают тогда, когда мы долгое время играем в игру, придуманную не нами, по правилам, которые принимали не мы.
Кто-то внёс в «дано»: пустыня и завязанные глаза. И поставил задачу: найти такой-то предмет.
Знаете, что во всей этой истории самое неприятное? То, что мы поверили. Поверили в то, что «дано» может быть только таким и никаким иначе.
Недавно я вспоминала, в какие игры играла, когда была маленькой. Я захотела вспомнить, какие игры меня по-настоящему увлекали. Это были игры, правила для которых я создавала сама. Игры, в которых мой «хвост» начинал вилять ещё до того, как я принималась играть.
Я составила список, хаотично записывая игры, которые всплывали в моей памяти. Чаще мне вспомнилась сначала какие-то места из детства, а затем они наполнялись моей игрой.
Составив список, я пробежалась по нему глазами и обнаружила, что у меня, уже взрослой меня, «вилял хвост». Я искренне обрадовалась этому, понимая, что иду верной дорогой.
Игры, которые я выписала, можно было разделить не несколько видов.
- Изобретения: одежда для кукол (что-то похожее на выкройку, но в игре нужно было сшить пальто одним непрерывным швом), или игра, в которой необходимо использовать обычные предметы необычным способом (достать что-то, не используя рук, и т.п.);
- игры с поисками: клады, слежки, погони, завоевание новых территорий, открытие новых земель;
- фантазирование: “а если бы…?”, “а что если…?”, “Однажды….,”, “а затем..”. и т.д.;
- игры с ответом на вопрос “как?”: “как решить этот ребус?”, “как устроен этот механизм?”, “как собрать этот пазл?” и прочее.
Объединив игры в эти группы, я поняла: если какой-либо род моих занятий попадает в одну из этих категорий, у меня возникает интерес. А если он находится сразу в нескольких, не описать моего восторга.
Становясь взрослыми, мы берём на себя ответственность. Обычные, казалось бы, дела приобретают невероятную важность и наполняют наши дни тревогами. Мы либо корим себя за прошлое, либо боимся будущего.
Мы больше не оцениваем наши занятия с помощью «виляющего хвоста». Мы оцениваем их через призму будущего и пользы для этого будущего. А еще чаще — через цифры. Помните, чудесные слова из «Маленького принца»: «Взрослые очень любят цифры. Когда рассказываешь им, что у тебя появился новый друг, они никогда не спросят о самом главном. Никогда они не скажут: «А какой у него голос? В какие игры он любит играть? Ловит ли он бабочек?» Они спрашивают: «Сколько ему лет? Сколько у него братьев? Сколько он весит? Сколько зарабатывает его отец?» И после этого воображают, что узнали человека».
Мы не только воображаем, что узнали других. Мы воображаем, что узнали о самих себе.
Если бы у людей были хвосты, люди чаще прислушивались бы к себе. Ведь только в искреннем разговоре с самим собой мы познаем маленькие радости, которые превращают жизнь в интересное приключение.